Fred (fredmaj) wrote,
Fred
fredmaj

Categories:

Оборотни продложаются

на самом деле эта история ела меня с самого, наверное, первого Любельского рассказа. Потом был вот этот текст и коммент к нему - ну и, что называется, голова заработала. Однако прежде надо сказать пару слов о некоторых странностях наследования.


Ян Д'Акоста, Варан Петра Великого, не имел сыновей. Дочери - две от двух жен - ведь не сыновья же! Не вопрос, в этом роду была еще какая-то родня - но вся в Европе, в Марокко, где-то в Португалии и Испании кто-то как-то задержался - но в России он был один такой и единственным оставаться не желал. Так что по возвращении из очередной опалы (всех когда-то ждет Сибирь) Анной Иоанновной Ян Картизес попросил э... вот, как оно называется? словом, попросил, чтобы у его дочерей могли рождаться и вараны тоже. Ну... да, у одной (старшая к тому моменту уже отбыла на родину, то есть - в Гамбург, и, кажется, даже умерла, бедняжка), которая осталась в России. Нет, дети у нее уже есть - и все в этого гоя, то есть, простите, немца, вот какие красавцы все трое - ну, что же, тогда пусть будут внуки. Ладно, так и быть, разрешение было дано старшему сыну Сарры-Гильжберты... а когда тот погиб в Семилетней войне - перешло к следующему, Борису Владимировичу. И все было бы неплохо, если бы Сарра Яновна не умерла - а герр Вольфганг Пестель не женился второй раз. Что ему наплела его вторая супруга - Бог весть, но от "этих ящериц" в роду он решительно потребовал отречься. Ну, вот так вот. Никаких мне тут рептилий! Дети сначала увещевали отца, а потом рассорились с ним начисто, потому как память матушки чтили и очень не одобряли мачеху. И однако решение герра Вольфганга попало, так сказать, в жизнь: у Бориса Владимировича все десть детей получились именно Единорогами и никем иным (кто там бабушка Анна - не знаю, верно, какая-нибудь косуля...).
Иван Борисович, старший сын старшего сына, счастливый в браке, любовался своим старшим наследником, а потом и наследниками - ровно до тех пор, пока не выяснилось, что у маленького Бориса все весьма нехорошо с ногой. То есть - или-или: или маленький наследник останется без ноги или все останутся без этого ребенка. Ладно, что же, жизнь дороже, но... Но как?
Как быть Единорогу - а Борис обязательно станет Единорогом, как еще? - на трех ногах? это же ужасно?
- Ну... а если он будет, например, не Единорогом вовсе? А если... - и дедушка Борис Владимирович рассказал про дозволение Варану Петра Великого наследоваться внуками Д'Акосты. Внукам не досталось, но если попробовать как-то *достать* варана - для правнука? Ящерице такого размера наличие или отсутствие задней ноги не так критично, как Единорогу!
Дедушка со всем разобрался сам, на Бориса, конечно, поначалу косились копытные родственники, но братья его любили, особенно Поль, носился с ним всегда, защищал, учил драться хвостом - и сам порой получал от способного ученика. Да, Борису было непросто, он все-таки переживал, что такой урод - Варанов вокруг не было никого, да и Драконы как-то не попадались, все больше копытные, "меховые" хищники, да вот еще Эльфы разнообразные - ну и куда ему? Но были среди Эльфов разные натуры, Софья Николаевна Трубецкая не просто согласилась быть "мадам Варан", но и отказывала всем прочим женихам - или Борис или монастырь. Так что конец у этой сказки был вполне счастливый. Две прекрасные дочери Бориса, изящные Ящерицы, кажется, не завершили род Варанов - а каким-то образом его продолжили, но это уже несколько другая история.



Это прекрасная история в духе романтических сказок про дракона, рыцаря и принцессу. Только без рыцаря - и скорее про прекрасного принца и принцессу... ну, какая получилась, такую и.
Вот, что его туда занесло, какие дела? - не скажу, потому что это стало уже совсем неважно, потому что, когда шустрая дочь гетмана Апостола почти беззвучно спикировала на гостя из высоких синих небес - этот гость в отличие ото всех прежних, остался стоять, восторженно глядя в хризолитовые очи юной драконицы. Спросил - шепотом:
- Есть здесь поблизости болото? - Та, что подарила ему чудо - полет дракона в небе - сама не могла бы остаться без подарка.
Но болота не было, был чуть топкий берег Днестра, по которому Эльф прошелся, аккуратно ступая босыми ногами, чтобы не напугать обитателей. Земля отзывалась нехотя, она была чужой, но Матвей Артамонович умел договариваться даже с семейством Короля Ужей(*), а у этой днестровской Русалки характер был куда легче! И вскоре, не прошло и пяти минут, по топкому берегу легла твердая, будто паркет, тропинка, по кромке воды ряска сплела зеленое кружево, кувшинки и водяные лилии собрались венками, и вдоль всего берега тростник, подчиняясь незаметному движению длинных пальцев Эльфа, запел на разные голоса. Пара аистов - обычные птицы - величественно взлетели и, кружась друг вокруг друга, поплыли в синем небе. Драконица прижала руку к щеке, тихонько вздохнула. Прозрачная, как стекло, волна вынесла к ее ногам бледно-розовую лилию на длинном стебле - как раз для того, чтобы проще было вплести в прическу.
- Это мне?
- Вам, - и хотел было добавить, что вместе с лилией готов подарить и сердце свое, как хозяин поместья появился в небе, потеснив круги аистов.
- Встретила гостя? Ну, так зови же в дом!

...как гость, как что угодно - пожалуйста, гетман Данила Апостол ничуть против эльфов не возражал, но - жених дочери? Но, прошу прощения, муж драконицы? Отец его бескрылых внуков? Да не бывать тому! Дочь была иного мнения, поэтому молодые Оборотни успешно бежали от родительского гнева: сначала Матвей Муравьев запутал следы, пока старый Апостол искал свою дочь в небе, а уже после - на крыльях, благо Эльф в облике особенного веса не имеет, его даже Гарпия, в принципе, унести может. А уж драконица!..

Словом, жили они счастливо - но недолго. Последний их ребенок, единственный выживший эльфик, очень скоро лишился матери, отец его так и не женился второй раз - потому что кто же сравнится?.. И, кажется, этот восторг перед Драконами отец передал сыну.

Генерал Черноевич из Черных драконов поставил влюбленному юноше неисполнимое условие:
- Мои внуки будут только Драконы, никаких Эльфов!
- Не тревожьтесь, будут, - пообещал Иван Матвеевич - и уехал в гости к деду по матушке. Когда же вернулся и вновь просил руки Анны, сказал твердо:
- Слово мое и моего деда-дракона - будут драконы.
И, как положено в сказках, стало именно так. Старший Матвей для дракона был несколько тонковат, верно, эльфийская кровь сказалась. Зато все остальные получились на славу - Золотые драконы дома Апостолов. Муравьевская часть семейства приняла их с той же легкостью, с какой и Филинов-Луниных - у них в роду кого только не было, и все считались родственниками, потому что какой бы ни был человек, а если он - Муравьев, то у него, право, нет вариантов. И даже то, что он, к примеру - Дракон или Выдр - ничуть его не оправдывало. Раз Муравьев - так точно родня. И точка


(*) Матвей Артамонович Муравьев в свое время участвовал в укреплении и перестройке Петропавловской крепости. За отсутствием Петропавловской придется улучшать Борисоглебскую, к уж столкнуться с семейством Короля Ужей в средней полосе России - не такая уж и экзотика!
Tags: декабристы, текст
Subscribe

  • Террариум - это мировое зло!:)))

    Господа, не проходите мимо! Нашли новых злодеев в лице Террариума. Ну, не всего, не всего - но его ядра. Более подробно - см. вот тут. Пост…

  • А вокруг меня четверг,

    Или что это такое? Захожу в жж (точнее, нахожусь в нем) по своему логину-паролю, везде могу откомментировать от себя - но в одном журнале при попытке…

  • Вокруг Байкала

    Съездили с "Неизвестной провинцией" по окрестностям Байкала (Иркутск, Улан-Удэ и разнообразные места между, собственно Байкал, Туркинские гольцы -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments