Fred (fredmaj) wrote,
Fred
fredmaj

Categories:

У меня тоже будут...

Оборотни, или уж как их там называть?
этот мир первой увидала Любелия. Вот здесь ее тексты: первый, второй, третий, четвертый. А ниже будет - от меня.


...он вышел в окно с красной розой в руке...
Наутилус-Помпилиус, "Воздух"



- ...жаль, что у нас нет Голубей. Или там... Горностая какого-нибудь, - и даже улыбнулся, вспомнив московского поэта-Горностая, с которым беседовал к обоюдному удовольствию о разных формах правления. Не ждал, что найдет такого эрудита, думал, придется объяснять многое, но шустрый Кондратий Федорович, кроме поэзии, еще и уголовным правом занимался, тут еще кто кого просвещал! ...давно это было, да? да нет, всего-то полтора года назад, но кто бы знал!.. Все — знали, только кто верить не хотел, кто думать, кто — что хуже всего — делать... Ну, вот и получили закономерное неустройство, что теперь грозит натуральной гибелью и ладно бы, только ему одному!..
- Думаете весть послать, Поль? – Грифон Николя отошел от окна, выглянул в коридор. Солдат вытянулся в струнку, но глядел испуганно: понимал, что ввязался во что-то такое, что ему дорого обойдется. Лорер сделал вид, что все хорошо, сказал солдату: - Молодец! – и вернулся в кабинет, который всего-то пару часов назад занимал генерал Байков. Генерала заперли в архивной комнате на нижнем этаже, где хранились бумаги за несколько лет, теперь вот Лорер ждал, не устроит ли Байков пожар? Хорошо, что он — Байбак(1), а не Саламандра какая-нибудь, это было бы некстати...
- Думаю, но вот как? – Павел обернулся от окна – вовремя, а то рассадил бы рогом стекло. Николай невольно дернулся: командир Вятского пехотного полка с трудом удерживался в людском облике и все норовил перейти в облик истинный.
- Что вы, Лорер? А, простите, - и усилием воли вернул себя к прежнему виду.
- Я думал, Единороги поменьше все же, - Грифон принужденно улыбнулся. У страха, конечно, глаза велики, но что сияющий тусклым серебром витой рог мелькнул чуть ли не над притолокой – это ведь правда?
- Мы же чудовища, - пожал плечами Павел, - у каждого по два облика: для мирной, так сказать, жизни и для боя. В мирном виде и Барятинский у меня в Линцах за столом умещался... только хвостом в печку залез, да повезло – лето. Но вы не тревожьтесь...
- Да я больше за полы, - отозвался Николя, чтобы не признаваться: испугался он не за полы, а именно что самого Поля – не видал никогда такого, даже в войну близко от Единорогов не оказывался... да и не так уж их и много. Черного Ермолова Николя видал издали, но, кажется, Белый Поль побольше будет?
- Я постараюсь, Николя. Надо было на первый этаж перейти, да здесь видно лучше.
- А... – за собой Лорер такого свойства — два истинных облика иметь — понятное дело, не помнил, впрочем, он и не глава Дома и не старший наследник даже. Но кое-что и он мог! – Слушайте, Поль, а может, я попробую? Слетаю? – и с шорохом развернул пестрые крылья: - Как думаете?
- Вы? – оглядел с головы до ног, нахмурился: - Вам же разбег нужен, как вы отсюда полетите?
Да, с места Грифон взлететь не мог, что правда, то правда. Разве что с крыши?
- Вот если бы Алексей... – Гарпий с места взлетит легко, да вот беда – куда он полетит? И как – такая зверюга? И Сашки нет, но Дракона с земли только пушка достанет, а артиллерии в Тульчине не было пока... Ну, да, пока — только та батарея, с которой полк пришел, пока никто не порывался ее отбить. Но то против Дракона, а Гарпии хватит и простого штуцера! Нет, нельзя так рисковать...
- А, без толку, Поль, вы поглядите только, - Лорер кивнул за окно: к зданию Главного штаба стягивались полицейские роты. Что ж... А это и неплохо! Големов Павел не боялся, против Белого Единорога две роты — все одно, что глиняные солдатики: стопчет и не остановится. Если так, то... То ведь не может быть так просто? или у Пса просто нет других сил?
...Павел Дмитриевич сделал все, что мог сделать в такой, как он бы сказал, говеной ситуации: устроил себе донесение о глубоководных под Тирасполем, послал туда прежде Барятинского, а следом — тут же — ушел сам со всеми ящерами и батальоном погонщиков. Офицеры там все были из Динотериев, местные, с ящерами управлялись так, что те и глубоководного не боялись, словом, все, что надо, сделал, оставил Тульчин Байкову, а на деле — Псу и его големам. Как знал, а вернее всего - именно и знал, Пес от него, похоже, не таился. Но как-то все выходило пока криво: начали раньше времени, надеясь на то только, что Рысак Крюков не зря носился от Тульчина до Василькова, и что Сергей поднимет своих, а там... Ну, да, там, то есть, уже в Киеве соберутся все, кто обещал, рвался, торопил осторожного Гарпия и Единорога, которого — вдруг! — обуяли сомнения. Ну, как «вдруг»? - после поездки в Столицу, где нестроение оказалось таким, что поневоле пришлось соглашаться с Сергеем: начинаем на Юге, а там уж — как выйдет. Если бы еще знать, успел ли Мишель добраться до поляков? А до москвичей? и в самом ли деле уговорил осторожного, как положено Серому Эльфу, Трубецкого? Или тот только на словах был горазд, а на деле предпочтет исчезнуть?
Впрочем, что толку думать о Столице, когда здесь такие интересные, как сказал бы Сашка, дела творятся?
Пес Чернышев вышел сам — но не один. Кроме големов, которых можно было и в расчет не брать, с генералом прибыли солдаты-люди, если Павла не подводило зрение - а в боевом облике никогда не подводило — то вышел против него Казанский полк, не весь, но батальон точно. И еще одни, похоже, в резерве? Ну, спасибо тебе, дорогой тезка Аврамов, удружил! Сам-то где же, или его как раз арестовали? Ведь вполне могли и... И вот теперь-то что делать?
- Поль... Павел Иванович! Господин полковник, вы меня слышите?
Звали его несколько голосов, он ответил:
- Да, слушаю, - не оборачиваясь. На расстоянии чуть дальше выстрела Пес, прячась за щитом, объяснял своим диспозицию. Через стекло человеку не расслышать, Павел закрыл глаза, выпустил зверя — не до конца, только слухом. Тактику Пес избрал простую, но эффективную: выпустить големов на солдат Вятского полка, а своих солдат — на Чудовищ. Ну, положит Единорог батальон казанцев, их для того и набирали, чтобы массой народу выходили против Оборотней, вынуждали тех вязнуть и останавливаться... Собаки на медведя, с той лишь разницей, что против одного Оборотня людей нужно много больше. Да, а вот когда Павел — ну, не Лорер же, не Миронов(2), или кто там еще из офицеров есть? – да, собственно, когда Павел завязнет в батальоне казанцев, Пес выйдет с... что у него, сеть? да, похоже — сеть, точно. Про эту штуку, было дело, спорили: кто ее изобрел? Сходились, что — давно, во времена Нашествия, но кто, Князья или Орда? Павел думал — Князья, потому и — сеть, чтобы — много сразу... хотя — загребешь эту саранчу, а дальше что? Так что, может быть, как раз и Орда, их насекомые повадки... Н-да, смешно. О чем он думает?
- ...выйти прежде мне с солдатами, тогда вы через нас... Павел Иванович, слышите?
- Слышу, конечно. Ты собираешься выйти с ротой или двумя на големов, под прикрытием вывести отсюда артиллеристов, чтобы ударили по тем, кто штаб с тылу обойти попытается...
- А, да? – Николя даже скрывать не стал, что про это не подумал. Ну, ему можно, не он командир.
- Да. За это время големы положат наших солдат, я — казанцев, если очень повезет — доберусь до Чернышева... Николя, вы понимаете, почему это неприемлемо?
- Нет. Почему?
Потому что там — люди. И у него в основном — люди, потому что люди всегда шли умирать за Оборотней, шли, потому что так от веку положено было, но ведь этому-то, от веку положенному, они и хотели положить предел! И что же, он сейчас забудет про все, вынесется на них чудовищной осадной башней, сметет все и всех... Пса точно не достанет, хотя попробовать... Попробовать бы!..
- ...то наши же не замедлят! Павел Иванович!
Наши? нет, Лорер не про товарищей по Обществу, он про солдат Вятского полка, которым предстояло лечь под големами или, если повезет, драться с казанцами — людям против людей. Что сказать — такое бывало, но... Павел прижался лбом к стеклу. Если бы!.. Серж, Волки, ну, хоть кто-нибудь!.. тогда, верно, Пес сам сдался бы без боя и не пришлось бы... Казанцы против его солдат просто так не пойдут, а вот с големами за спиной — то да, эти... Выйти — на этих? на големов? Черт, ну какая же у них позиция дерьмовая, но что делать, если от крепости Нестервар осталось полторы стены, и здание Главного штаба — самое большое и самое крепкое в городе, не считая руины собора? Вот и сиди тут, с Байковым в подвале, без Киселева и Витгенштейна, слава Богу, зато с Казанским полком вокруг — когда успели-то, а? – и полицейскими големами! И...
- Ох, Павел Иванович, что это?
Ага. А это тот, кто меня отсюда повезет, - подумал Павел весело, обреченное было веселье, говорили, что вот так Белый Единорог мог стать Черным — и... и выродится, что да, то да, пойти убивать ради куража и... И, может быть, дотянуться до дагонова отродья, кто посмел это привести, как? – дотянуться... Они слабые, все верно, зато уж страх гонят на всех равно, что на людей, что на лошадей, вот даже и Лореру плохо стало, хотя держится. Старшего в роду Единорогов страх не касался, просто мерзко было и тошно: такая простая уловка! Сеть, дагоныш и полк солдат, вот и все... Его возьмут числом, Аврамов, конечно, большей части полка лишится, ну, ему-то... Хорошо — ему, Ворону Аврамову, может, все равно, может, он под арестом и от него ничего просто не зависит. А он, Павел, Белый Единорог, допустит бойню людей с людьми, пойдет по солдатам, спасая свою сияющую серебром шкуру?
Ну, пойдет? Пойдешь? Ну?
- Павел Ива... Поль, вы...
Волей остановленное преображение отозвалось болью в мышцах — да еще трещинами по нескольким плашкам паркета. Полы уберег, солдат, даст Бог, убережет тоже, вот бы еще и Николя как-нибудь спасти?
- Если получится — выждите минут... пять, наверное. Или — по ситуации смотрите, как сможете вылететь — летите, пожалуйста, хоть к Муравьеву, это далеко, но попробуйте, Николя. Или... – Глянул истинным взглядом, чтобы близорукость не мешала, чтобы — до черточки, до морщин, до узора на перьях запомнить, - или просто бегите, пожалуйста, выживете, а тогда...
- Да что вы говорите? я...
- Хотя бы из любви к нам — спаситесь. Пожалуйста. Ну и... – оглянулся опять — на окно, за окно. Пес, вздыбив шерсть то ли от страха, то ли от ярости, указывал людям, где им стоять, держать строй. А неплохой он ему прыжок намерил, если от крыльца считать — да, где-то так, но уж на пределе. А вот если не так, то...
- Солдат удержите, Николя, вы после меня им главный командир. И чтобы сами убереглись и от големов. У вас...
У него, конечно, так не получится, но задержит. А там и Пес отзовет своих, потому что... Ну, вот потому.
...Лорер даже не пытался остановить, хотя понял все — но, поняв, не остановил. Как такого остановишь? Смотрел только, как он идет по лестнице вниз — легкий, спокойный человек, белая грива ниже воротника мундира — черноволосый же, Николя помнил, но... Но не все ли равно? Постоял внизу у двери, кажется, перекрестился — и толкнул створки.


(1) Байбак - степной сурок, с ранней осени впадающий в спячку до весны (обл.).
(2) Фамилию офицера Вятского полка автор взял от фонаря. Надо проверить, кто там был, не Гноевой же? (авт.)
Tags: декабристы, текст
Subscribe

  • Вокруг Байкала

    Съездили с "Неизвестной провинцией" по окрестностям Байкала (Иркутск, Улан-Удэ и разнообразные места между, собственно Байкал, Туркинские гольцы -…

  • Из Селенгинска

    Марсоход Есть ли жизнь на Марсе? А черт ее знает. Есть большая перламутровая река, красная земля, щебень По краю кратера идёт марсоход Николай…

  • внезапный Динотерий

    Вот здесь лежит триптих про Бессарабского князя Динотерия Пятого. Почему его именно так зовут, что он вообще такое - там есть несколько пояснений,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 19 comments

  • Вокруг Байкала

    Съездили с "Неизвестной провинцией" по окрестностям Байкала (Иркутск, Улан-Удэ и разнообразные места между, собственно Байкал, Туркинские гольцы -…

  • Из Селенгинска

    Марсоход Есть ли жизнь на Марсе? А черт ее знает. Есть большая перламутровая река, красная земля, щебень По краю кратера идёт марсоход Николай…

  • внезапный Динотерий

    Вот здесь лежит триптих про Бессарабского князя Динотерия Пятого. Почему его именно так зовут, что он вообще такое - там есть несколько пояснений,…