July 25th, 2015

свобода/они

С днем рождения Лю!

а вот подарок... э, ну, ты просила именно такой - вот, такой. Впрочем, тут вот я хочу заодно сказать, что дата нынче некоторым образом тройная. Первое, понятное дело, день рождения Любелии. Это здорово, что ты есть, правда. Потому что вместе с тобой есть твои стихи, твои тексты, твои разборы наших и не только наших спектаклей, записи, идеи, а теперь вот и игры еще добавились! - и не только игры, но и нечто большее, да. И два других события к этому большему относятся.
Collapse ) И вот это желание - продолжения, исправления, если можно так сказать (чего? мировой несправедливости? хода истории? - нет, не знаю, как будто общей участи, не больше и не меньше) ровно три года назад трансформировалось в текст, который рванул через меня на волю, кажется, поначалу вообще не соотносясь со мной самим. Да, ровно 25 июля 2012 года, у меня стоит дата создания файла - прямо во время работы, когда, в принципе, есть, чем заняться, да и люди вокруг. Но текст (или нечтобольшее?) рванул, не спрашивая. А я, признаться, и не собирался его останавливать.
Получилась - сразу же - альтернатива: то, что могло бы быть, качнись чаша весов хоть на волосок в другую сторону. Тот, кто мог ее так подвинуть, нашелся тоже - а дальше я просто смотрел, смотрел... Вот, теперь здесь тоже... покажу.
Нет, это не то, что я увидел первым, но текст ниже - это как раз та самая точка равновесия, точка возможности, место, где Река Времени нашла путь в верный фарватер.

Collapse )

Ночь с 13 на 14 июля
*
Кавказ, Эриванское ханство, монастырь Эчмиадзин
Конец августа – начало сентября 1827 года


...интересно, если бы Афанасий Иванович(1) знал, чем дело кончится, пошел бы он отбивать монастырь или сохранял бы пристойную осмотрительность? Иван Шипов был почти совершенно уверен, что все равно пошел бы. Потому что от Дженгули, где стоял их лагерь, ситуация смотрелась несколько иначе, чем из Кара-Бабы, где был главный штаб генерала Паскевича. То-то он так неспешно отозвался на рапорт Красовского, мол, нечего паниковать, Аббас-Мирза сейчас вообще под арестом… Ну-ну, арестант, надо сказать, оказался деятельный: пока Главнокомандующий выбирал, каким слухам больше верить, этот принц персидский очутился у Эчмиадзина, как из-под земли выскочил! Ох, нет, лучше не вспоминать… впрочем, что ж тут вспоминать, он и забыть-то не успел. И не он один, тут у доброй половины раненых в том бою раны еще не затянулись даже – что тут забывать? Оно еще не прошлое, еще свежее, как порез… И потому совсем дикостью казалось всем поведение Главнокомандующего. Всем? – да, пожалуй, что всем, не только тем, кто с Красовским до Эчмиадзина с боем шел полный день и чудом выжил, а и тем, кто, как тот же Шипов, пришел позже, не встретив на пути ни одного перса, кроме лазутчиков. Разница? – что те, что эти прекрасно видели, что претензии Главнокомандующего – надуманные, что не сорвись Красовский с тремя тысячами против тридцати отбивать Эчмиадзин, сейчас войска Аббаса-Мирзы уже шли бы по Грузии. Все видели, все всё понимали – а вот за руку генерала Паскевича никто не схватил, ни у кого – пока? – не достало смелости сказать, что рапорт его от доноса мало чем отличается. Пока, да? Ну… может быть, и – пока. А там, что Бог даст. Ивану Шипову очень хотелось думать, что он лично тоже молчал только лишь до поры… Очень хотелось так думать – да не получалось.
Collapse )

(дальше )
млечный путь

Кажется, это Ноннушка, то есть Софья Никитична Муравьева

Тятя, тятя, наши сети
не пустили нас домой.
Мы, как маленькие дети,
чертим домики с трубой:
в нашем доме нет окошка, 
у трубы гуляет кошка - 
заметенная сторожка, 
потолок над головой.
Только что ты шепчешь тихо: 
"Лучше б знать, за что плачу!"? 
Не буди ты, тятя, лиха, 
нам оно не по плечу, 
в нашем доме нет защиты
хоть кричи, а хоть молчи ты.
"Почему не мы убиты?" - 
даже слушать не хочу! 

...говорят, на небе звезды
есть, когда и не видны. 
Тятя, тятя, слишком поздно
отказаться от вины.
Небо в тучи звезды прячет,
время ничего не значит,
будет так, а не иначе - 
остаются только сны.

...что ты плачешь, папа, милый? 
Что ты пишешь при свечах?
Где-то мамина могила, 
там лампадка горяча.
Где-то снег травою станет,
где-то брат тебя помянет, 
ляжет небо между нами,
встанет ангел у плеча...